Новости
О группе
Дискография
Тексты песен
Музыка
Фотографии
Рецензии
Ссылки
Сайд-проекты
Разное
Гостевая Книга
 
Злые Куклы
   
Тексты песен  
  "Поздний Сентябрь"

1. Извне
2. Поздний Сентябрь
3. Звездный Путь
4. Саркофаг
5. Девять Жизней
6. Эхнатон (включая "К Разуму")
7. Легенда
8. Король
9. Зов
10. Земляничный Звук

(с) 2000 Фред Адра


ИЗВНЕ
(Текст из книги Виктора Шварца "Смысл жизни для начинающих")

Я ощутил его раньше, чем услышал дробь первых его капель... Так долго сдерживаемая пасмурность в моей душе наконец-то находит свое воплощение во внешнем мире. Ну что ж, я слишком долго отказывал ему в реальности. Пора наружу. Музыку брать не буду - там, куда я иду, достаточно тех мелодий, что звучат в моей голове. Долгожданный дождь доведет их до совершенства.
Пробегая мимо меня в непонятном стремлении спрятаться от дождя, девочка на секунду дарит мне свой взгляд, и я успеваю прочитать в ее глазах, что ожидает этот мир в будущем. Как непохожи эти глаза на глаза той девочки из старого детского фильма! Надеюсь, что времени мне хватит - сентябрь в этих местах всегда наступает слишком поздно. Все будет хорошо... Те, что были до меня, успевали - успею и я.
Малоприятные картины надвигающегося будущего мешают мне сосредоточиться на дожде и дороге. Я чувствую запах гари, по-видимому, горят библиотеки. Есть несколько книг, я бы хотел, чтобы они сохранились. Хотя там, куда я иду, эти книги уже не нужны. Я надеюсь, дождь потушит пожары. Если успеет - сентябрь в этих местах всегда наступает слишком поздно. Слишком поздно...


ПОЗДНИЙ СЕНТЯБРЬ

Серое небо рвется в окно.
По крыше скребет, царапает дно.
Мерцая в глазах, над ухом звеня,
Серое небо наполняет меня.
Врет календарь о декабрьских днях -
На блеклом рисунке мужик на санях,
А небо кружит с дождем данс макабр,
На головы падает поздний сентябрь.

Костры затухают, пустеют леса,
Под шапкой спасаются мои волоса.
Я что-то все время не то говорю -
Да просто я душу отдал сентябрю.
Я помню слепящий солнечный свет,
Сводящий все чувства и мысли на нет,
А внутри есть волк, а внутри есть луна,
И протяжный вой с утра до утра.

Давайте забудем дорогу домой!
Эх, поздний сентябрь, возьми нас с собой.
Мы дети твои и в руки твои
Мы движемся слепо на запах листвы.
Сквозь трещины в души мы пустим тебя,
Мы верные подданные сентября.
И, может быть, нам тогда повезет
И время печали уже не придет!

Может быть, дикий зверь,
Может быть, человек,
Выхожу на заре, начинаю разбег.
Если вдруг я смогу - оттолкнусь от земли.
Если ж нет - ты, сентябрь, мне это прости.
Вот и все, я уже заступивший за грань,
Больше нет ничего, все, что было - обман.
То ли крайняя точка всего на земле,
То ли серое небо грустит обо мне.

Давайте забудем дорогу домой!
Эх, поздний сентябрь, возьми нас с собой.
Мы дети твои и в руки твои
Мы движемся слепо на запах листвы.
Сквозь трещины в души мы пустим тебя,
Мы верные подданные сентября.
И, может быть, нам тогда повезет
И время печали уже не придет!

Давайте забудем дорогу домой!
Эх, поздний сентябрь, возьми нас с собой.
Мы дети твои и в руки твои
Мы движемся слепо на запах любви.
Сквозь трещины в души мы пустим тебя,
Мы верные подданные сентября.
И, может быть, нам тогда повезет
И время печали уже не придет!


ЗВЕЗДНЫЙ ПУТЬ

Я оставил внизу ненавистный некрополь,
Я оставил от статуй одни постаменты.
И тогда тишину разорвал дикий вопль -
То пространство изрезало время на ленты.
По одной из них я побрел как безумный -
Эта лента казалась чернее всех прочих.
Звездный путь мне открылся в небе безлунном,
Призывая меня к владычице ночи.

Напиши мне песню, нарисуй мне барашка.
Если небо вдруг оглушит тишиной,
Если будет больно, если будет страшно,
Ты не бойся, я возьму тебя с собой.

Я подумал - наверно, мне место в больнице.
Я подумал - врачам может быть интересно.
Я подумал - должно быть, все это мне снится.
Я подумал, и стало в груди как-то тесно.
Только звезды сверкали все ярче и ближе,
И владычица ночи звонко смеялась.
И я крикнул: "Как же я вас ненавижу!"
И услышал: "Я давно ни в кого не влюблялась!"

Напиши мне песню, нарисуй мне барашка.
Если небо вдруг оглушит тишиной,
Если будет больно, если будет страшно,
Ты не бойся, я возьму тебя с собой.

Я увидел - лицо ее было прекрасно.
Я увидел - губы шевелятся грозно.
Я увидел и понял - все силы напрасны.
Я увидел и понял, что, видимо, поздно.
Я хочу стать невидимым, стать незаметным.
Я устал быть судьбою вечно гонимым.
Я хочу раствориться в небе кометном,
Умереть и очнуться в объятьях любимой.

Напиши мне песню, нарисуй мне барашка.
Если небо вдруг оглушит тишиной,
Если будет больно, если будет страшно,
Ты не бойся, я возьму тебя с собой.


САРКОФАГ

Тысяча дней как один день,
Тысяча лет - и готов календарь.
Тысяча стрел, а хватило бы двух.
Стреляли ж не в солнце, стреляли в фонарь.

Я прошелся по обломкам глиняных статуй,
Там, где империи рассыпались в прах.
Поднимая идолов за хрупкие уши,
И они рассыпались в моих руках.

Башни Вавилона царапают небо,
Щекочут пятки капризным богам.
Кандидаты в боги лезут на крыши,
И срываются оттуда к моим ногам.

А я стаскиваю с тел богатые одежды
И в водах Тигра с них смываю кровь,
Напевая песни, что рождает мой гений,
И первым из поэтов рифмую кровь-любовь.

Куда ты завел нас, командор?
Как отыскать дорогу назад?
Командор отвечает нам: "Что за вздор!
Я не понял ни слова, и этому рад.
Когда Венера протянет нам руки из пены,
Мы поймем, что жизнь - это саркофаг,
Где батальные сцены украшают стены,
А под крышкой бродит ветер - вот так!"

Я вернулся в Аппенины и встретил двух братьев,
Что представились мне как Ромул и Рем.
Я подумал, взглянув в их волчьи очи, -
Скоро грянет восход городских стен.

Почему это все повторяется снова -
Вновь толпится народ в иерусалимах и мекках,
Снова кол прокладывает путь сквозь тело,
И снова плач на вавилонских реках.

Куда ты завел нас, командор?
Как отыскать дорогу назад?
Командор отвечает нам: "Что за вздор!
Я не понял ни слова, и этому рад.
Когда Венера протянет нам руки из пены,
Мы поймем, что жизнь - это саркофаг,
Где батальные сцены украшают стены,
А под крышкой бродит ветер - вот так!"


ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ

За окном грохочет гром. Он не умеет себя вести.
По углам сверкают молнии, пытаются нас извести.
А нам наплевать! В этот вечер мы наконец-то снова вдвоем,
Какое нам дело, что там по углам и там за окном.
Грохот на чердаке, там летучие мыши играют в футбол.
Сотрясается пол, там обычные мыши играют в футбол.
А нам все равно, что там с полом и что с чердаком.
Пахнет воздух грозой, а руки - костром.

А у меня есть девять жизней,
И из них мне осталось ,как минимум, три.
И все жизни удивляюсь,
Как забавен этот мир, сама посмотри.
А, впрочем, нет, смотреть не надо,
Ведь целая вечность у нас впереди.
Только не уходи.

Это было, кажется, в четвертой. Или в пятой. Нет, в шестой.
Я точно помню - лес шумел. А может, это был прибой.
Стоял яркий зимний день. Или нет, светила летняя луна.
Ты вышла во двор. Нет, ты села у окна.
Но зато я точно помню, что я сказал тебе тогда.
Я сказал, что я люблю тебя. Впрочем, как всегда.
Эх, до чего же я прекрасен, эх, до чего же я умен.
А это все оттого, что все свои жизни влюблен.

А у меня есть девять жизней,
И из них мне осталось, кажется, две.
И все жизни наслаждаюсь
Своей ролью в этой игре.
Ты улыбнешься, как услышишь стаи птиц в моей груди.
Только не уходи.

Стало очень темно. И чем дальше - тем темней.
Свет мой, зеркальце, скажи, кто на свете всех страшней.
Свет мой, зеркальце, ответь, почему часы не бьют
И когда успел уйти навсегда запас минут.
Уже небо тянет губы ко мне для поцелуя,
И земля уже шепнула: "Вот я здесь, и уже жду я."
Я ответил им, что мне есть кого ждать и целовать.
Здесь, на земле, я не спешу улетать.

У меня есть девять жизней,
И из них мною прожиты, пожалуй, что все.
Но мы не станем огорчаться,
Ведь мы еще здесь, на земле.
И мы пока не разучились ходить пешком по воде.
У меня есть девять жизней.
Я все б их отдал тебе.


К РАЗУМУ

Спи, мой разум, мой малютка,
Ты ведь так устал.
Спи спокойно, как ребёнок.
Сколько ты не спал!
Я, ж, пока ты спишь, открою
Клетки все и все темницы.
Я чудовищ выпускаю
Порезвиться, порезвиться.


ЭХНАТОН

Что ты задумал, Эхнатон?
Зачем вековой уклад ты ломаешь?
Уклад издаёт протяжный стон,
А ты ничего не понимаешь, не оставляешь
Замысел свой, носишься с этой глупой идеей
О том, что бог есть только один.
В то время, как прекрасно известно,
Что бога нет ни одного, то есть вообще ни одного,
В смысле совсем ни одного
Что ты задумал, Эхнатон?
Когда выводить стремишься нас из тьмы?
Тьма издает печальный звон,
А ты ничего не понимаешь. Боги есть мы,
И мы не потерпим новшеств твоих,
Так же, как, впрочем, и любых других.
Лучше уйди, пока возможно,
Удались на заслуженный отдых,
А не то из Книги Судеб имя твое перекочует,
Переберется в Книгу Мертвых.
Что ты задумал, Эхнатон?
В каких облаках наивно витаешь?
Что же ты лезешь на рожон?
Очень скоро ты устанешь. Просто растаешь,
Словно дым. И мы, конечно, похлопочем
О том, конечно, похлопочем,
Чтобы никто и никогда не вспоминал о том, что жил
На свете какой-то Эхнатон.
О ком идет речь, не понимаем.
Как вы сказали? Эхнатон?
Нет, нет, слова такого просто не знаем.
Нет, мы не играем, мы правда не знаем,
Что это за зверь такой, пардон.
А ну, повторите. Эхнатон?
Нет, не понимаем.


КОРОЛЬ

Я явлюсь тебе в звоне струн, в плеске волн
Слух терзать, душу рвать.
Я явлюсь тебе в самых светлых, самых дерзких снах
Показать тебе то, что стать могло твоим,
Теперь как дым.
Только ты не сможешь вспомнить даже, как меня зовут.
Я давно уж буду там, где меня не найдут.

Я уйду к своим народам самым - самым грустным днем.
Я скажу им: "Я согласен, стану вашим королем."
И свет озарит их лица, и начнут сердца сильнее биться.
Маленький народец мой
В час, когда взойду на трон.

Я явлюсь тебе в этот самый грустный день
Показать тебе - где было древо, теперь пень.
Серебро черно, свет твоих очей погас.
Не осталось уж ни тепла, ни счастья в нас.
И даже если вспомнишь, как меня зовут,
Не дозовешься, я буду там, где меня не найдут.

Я уйду к своим народам самым - самым грустным днем.
Я скажу им: "Я согласен, стану вашим королем."
И свет озарит их лица, и начнут сердца сильнее биться.
Маленький народец мой
В час, когда взойду на трон.
Я буду править целый день, до ночи должен я успеть
Всех осчастливить, а ночью просто умереть.
Хочу оставить им страну, где каждый горд своей судьбой.
На память я их одарю своей любовью и тоской.


ЗЕМЛЯНИЧНЫЙ ЗВУК

Солнце встает, над долиной кровавый восход.
Я отправлюсь сегодня в свой последний поход.
Я обоснуюсь там, где услышу звук
Ветра и камня, и мелодию гор.

Стон сквозь туман - это приближается ночь.
Страх заползает в глаза, я гоню его прочь.
Я упаду в траву и останусь один,
В земляничном звуке обретя свой покой.

А на рассвете я увижу - на далеком холме
Замок стоит, обращенный вратами ко мне.
И я двинусь к нему, как к себе домой,
Потому что знаю - этот путь мой.

И люди по дороге мне скажут: "Туда не пройдешь!
И ты не ходи, ведь только зазря пропадешь."
Но все это зря, ведь оттуда я слышу звук
Ветра и камня, и мелодию гор.

Тень, наводящая ужас, бежит по земле.
Это приближается Смерть ко мне на коне,
И говорит: "Я знаю, зачем ты пришел.
И то, что ты ищешь - считай, что нашел!"

И я войду в замок, и тут же услышу, как
Ветер и камень поют друг другу в такт.
И тогда я пойму, что здесь я покой обрету,
В земляничном звуке я утону.